Окотилась молодая коза. По опыту знаю – не лезь, сама разберётся. Не лезли, честно выждали время. Обычно новорожденные козлята уже через час должны стоять, пока ещё не твёрдо, но стоять на ножках и искать мамкину сиську.

Где-то больше, чем через час, прохожу мимо… и вижу… козлёнок, как родился, так лежит не облизанный, в позе «полутрупа», но дышит. Живой, значит! А на улице мороз, в конюшне тоже не «Ташкент». Вот непутёвая… * мамаша*!
И вот вижу я этого козлёнка, сердце сжалось, в голове что-то «тюкнуло»…
Забрала это холодеющее тельце, достала полотенце, обтёрла козлёночка и положила в коробку поближе к обогревателю. Вроде оживать стал, мемекать потихонечку.
Через некоторое время захожу в комнату, а на козлёнке нет полотенца, и рядом с виноватым видом Кузька крутится. Забеспокоилась…. А вдруг съесть захочет! Нельзя, говорю, Кузька к нему лезть! А тот с виноватым видом сидит, ну прости, типа, очень хотелось посмотреть, понюхать. И не похоже, что у него какие-то плохие намерения. Решила подсмотреть. Вышла из комнаты, и через окно стала наблюдать, что Кузька будет делать.
Оказалось – ничего плохого. Это у Кузьки , вместо козы, проснулись материнские чувства. Только вот одно но! Кормить ему козлёнка нечем!
К сожалению…